Камчатский ожог

Дискоммуникация, хайп и человеческий фактор — РБК побывал на Камчатке и поговорил с пострадавшими, активистами и учеными, чтобы оценить масштаб экологического происшествия и версии дела, в котором пока никто не может разобраться

«Всем, кто не верит, предлагаю скинуться деньгами, отправить делегатов на [реку] Налычева и попить воды — я кружку выделю! Вы понимаете, что такое ГОСТ? Это не вопрос веры! Это научные данные!» — кричит корреспонденту РБК ведущий научный сотрудник Лаборатории активного вулканизма и динамики извержений при Институте вулканологии и сейсмологии Дальневосточного отделения РАН Алексей Озеров.

Эмоции и человеческий фактор сопровождают историю с экологическим происшествием у берегов Камчатки с самого начала. «Идет война», — объясняет Озеров, почему три дня не успевал ответить на вопросы журналиста.

Хайп и споры

История об экологической катастрофе на Камчатке многих потрясла и быстро распространилась по Рунету и СМИ во многом благодаря соцсетям. За первую неделю октября вся Россия услышала о Халактырском пляже, выброшенных на берег мертвых морских животных и пугающих симптомах людей, погружавшихся в воду Авачинского залива в Тихом океане.

У сотрудников серф-школы Snowave на Халактырском пляже первая реакция на воду появилась 8 сентября. «У многих поднялась температура до 38, была дикая слабость, рвота, многие спали весь день, счет времени терялся», — рассказывает администратор базы Катя Дыба. Привыкшие к отдыху в суровых условиях, на ощущение сухости и рези в глазах серферы внимания не обратили. Не решались рассказывать кому-то вне лагеря о странных симптомах, опасаясь, что начнутся проверки СанПиНа, продолжали кататься и проводить уроки.

Впоследствии оказалось, что с такими же проблемами столкнулись и два других серф-лагеря на Халактырском пляже: Quick silver и Surfway. Состояние обитателей лагерей ухудшилось к 20-м числам сентября, вспоминают несколько сотрудников Snowave в разговоре с РБК. «Рвало тех, кто больше всего контактирует с водой, — в основном сотрудников школ. Но с глазами проблемы были вообще у всех, даже у учеников, которые один раз заходили в воду», — вспоминает инструктор Расул Гаджиев. Среди самых распространенных ощущений — резь в глазах, как будто в них попал песок, и пелена, будто смотришь сквозь марлю.

«Лично у меня резко упало зрение. Еще у пятерых врачи подтвердили химический ожог роговицы глаза первой и второй степени», — рассказывает основатель Snowave Антон Морозов.

По его подсчетам, от экологического происшествия могли пострадать в общей сложности около 400 человек — примерно столько человек, согласно записям журнала школы и данным двух остальных лагерей, зашли в воду на Халактырском пляже за это время.

«Мы просим всех пострадавших обращаться в СК и фиксировать у врачей полученный вред для здоровья. Иначе эту информацию никто не воспринимает», — говорит Морозов. В числе подавших заявление в СК о признании их потерпевшими по уголовному делу — получившие химические ожоги глаз члены сборной России по серфингу Маи Рудик и Дмитрий Ильясов. По мнению Морозова, власти пытаются обвинить серферов в том, что они преувеличили масштаб происшествия. Но Рудик уже признана потерпевшей.

Общество СК признал серфингистку потерпевшей в деле о загрязнении воды на Камчатке

Морозова и других сотрудников лагеря обвиняют в недобросовестном отношении к клиентам. «Серферы почти весь сентябрь чувствовали недомогание, почему же они сказали об этом только в конце месяца? — задается вопросом старший научный сотрудник Камчатского филиала Тихоокеанского института географии, экоактивист Ольга Чернягина. — Они свернули лагерь не из-за того, что у них катастрофа, — у них сезон в октябре заканчивается».

Информационной дискоммуникации в истории было много, признает директор Кроноцкого заповедника Камчатки Петр Шпиленок. Видеоролик, который в числе прочих показал в Instagram Юрий Дудь и благодаря которому многие в России узнали о проблеме, снят не на Халактырском пляже, а значительно севернее, отмечает он.

Видео снял 1 октября пилот местной авиакомпании «Витязь-Аэро» Дмитрий Задирей. Он заметил пятно в районе бухт Калыгирь и Малая Медвежка во время полета из Петропавловска на Командорские острова, примерно на 80 км севернее Халактырского пляжа. По его словам, тогда он «даже не знал, какая истерия идет по поводу Халактырского пляжа». «Пятна в океане бывали, но это было нечто гигантское грязно-желто-коричневого цвета с желтой пеной вдоль берега. 30 лет на Камчатке летаю и такого не видел», — вспоминает он.

Видео Задирей передал директору горно-спортивной базы «Снежная долина» Александру Морозу, который знаком с серферами. Те попросили привлечь внимание к проблеме, ролик передали Дудю, после чего «все спуталось» и видео стали ассоциировать с Халактыркой, объясняет пилот. Экологическое происшествие стало прочно ассоциироваться в медиа как происшествие на Халактырском пляже. Факт, что аномалия наблюдается и на севере, прошел мимо общественного внимания. «Туда просто дорог нет, почти никто не живет, попасть можно только вертолетом, и что на севере происходит, никто не знает», — утверждает пилот.

6 октября сотрудники Кроноцкого заповедника исследовали прибрежную акваторию от мыса Налычево до острова Старичков и пришли к выводу, что погибли 90% донных организмов Авачинского залива. В ответ власти обвинили заповедник в некорректной подаче фактов, так как вывод был сделан на основании всего нескольких погружений. Эмоциональные высказывания объяснимы, считает Шпиленок: впервые в жизни столкнувшиеся с таким явлением специалисты действительно были в шоке, а океан для них — смысл жизни.

Все эти противоречия и привели ко всеобщему напряжению. Некоторые чиновники заявляли, что серферы все выдумали, что вызвало ответные возражения и недоверие к оценкам властей.

«Мы не знаем, что это, но пока что происходящее больше похоже на массовый хайп, чем на экологическую катастрофу», — заявил РБК 8 октября Алексей Кумарьков, с горькой усмешкой представившийся как «пока еще министр природы Камчатки».

Это он снял видео с абсолютно чистым Халактырским пляжем, которое появилось на странице краевого правительства 3 октября и собрало кучу язвительных комментариев.

«Это какая-то параллельная вселенная, где отсутствует загрязнение воды, нет мертвых животных, комментатор — робот без сердца», — писал пользователь winter4soul.

«Пляж был чистый. И никто не поверил. Весь интернет кричит, что здесь массово умирают морские животные. Сейчас пляж тоже чистый, и серферы в присутствии главы Росприроднадзора подтвердили, что здесь не было массового выброса гидробионтов [организмы, приспособленные к обитанию в воде]. Выброс был на других, скалистых пляжах, и в причинах явления разберутся ученые», — повторял министр, бродя по пляжу после очередного внеочередного совещания.

8 октября на Халактырском пляже действительно не было выброшенных на берег гидробионтов, а вода не имела необычного цвета и запаха.

Присутствовавшие на пляже серферы признают, что здесь не было массового выброса морских животных и снятое Кумарьковым видео не постановочное. «На Халактырском пляже мало живности — только ларги (дальневосточная нерпа. — РБК), сивучи, моллюсков особо нет. Здесь песчаное дно, и они тут просто не живут. В основном выкидывало морских животных в Большой Лагерной, Малой Лагерной, Безымянной бухте, где они обитают», — объясняет Антон Морозов.

На Халактырском пляже выкинуло трех ларг, а местами серферы наблюдали, как эти млекопитающие нетипично себя вели — «вылезали из воды и как будто не знали, куда деваться», вспоминает он.

Версия о полигоне

За две недели высказано множество версий, и ни одна из них пока не нашла научного подтверждения.

Сначала приоритетной стала гипотеза, что причиной катастрофы могли стать отравляющие вещества, попавшие в океан по реке Налычева и затем по течению распространившиеся на юг, в том числе в сторону Халактырского пляжа. Неподалеку от реки Налычева находится два полигона: действующий объект Минобороны полигон Радыгино и неохраняемое захоронение ядохимикатов (пестицидов) полигон Козельский.

Козельский полигон ничего общего с военными полигонами не имеет, это гражданский объект, где захоронили запрещенные к использованию гербициды и пестициды, объясняет Чернягина. Он был создан в 1979–1981 годах областным «Камчатсельхозснабом» без соответствующего проекта и с нарушением Временной инструкции по уничтожению ядохимикатов и тары из-под них, признанных непригодными к использованию, говорится в отчете краевого минприроды от 2015 года, который опубликован на сайте ведомства. В 2002 году проверка полигона выявила точечное загрязнение почв, а также подземных и поверхностных вод хлорорганическими пестицидами в концентрациях ниже и не более чем в два раза превышающих ПДК (предельно допустимую концентрацию. — РБК) для питьевых вод (СанПиН 2.1.4.1074-01). Полигон находится на землях Минобороны, но военному ведомству не принадлежит, по сути являясь бесхозным.

6 октября губернатор Камчатки Владимир Солодов назвал версию о техногенном факторе и Козельском полигоне как одну из приоритетных. Ее всерьез рассматривали и экоактивисты. 6 октября Greenpeace опубликовал спутниковые снимки реки Налычева, впадающей в Авачинский залив: на фото от 8 сентября заметно, что возле места, где река Налычева впадает в бухту, образовались мутные разводы. Активисты предположили, что это свидетельствует об опасных веществах, попадающих в океан, которые объяснили бы отравление серферов, сообщения об изменении цвета и запаха воды и появление пены на поверхности.

7 октября Следственный комитет объявил о возбуждении уголовного дела из-за загрязнения и гибели морских животных в акватории Авачинского залива (ч. 2 ст. 247 УК (нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов) и ч. 2 ст. 252 УК (загрязнение морской среды).

Критика версии о полигоне

Ольга Чернягина уверена, что на снимке со спутника — речная взвесь. Они с коллегами из Тихоокеанского института географии еще в 1995 году проектировали природный парк «Налычево», а затем делали схему развития особо охраняемых природных территорий в Камчатском крае (река относится к территории природного парка «Налычево», который включен в список объектов Всемирного природного наследия ЮНЕСКО).

Река Налычева — большая, в ее среднем течении находится Налычевская долина. Здесь множество выходов термальных источников сложного минерального состава, в том числе с высоким содержанием мышьяка, объясняет ученый. «Берега ручьев сложены травертинами рыжего цвета с содержанием мышьяка. Долина реки Налычева окружена действующими вулканами. Один из этих вулканов, Жупановский, извергался совсем недавно (в 2013–2015 годах), с его южного склона сошел после извержения большой сель, который достиг реки. Все это создает огромное количество мелкодисперсных материалов, которые размываются, сливаются в реку, и река это выносит в море, она никогда не бывает прозрачной», — объясняет Чернягина.

Вместе с коллегами она работала на озере Налычево с 2 по 8 сентября — ходила по побережью, дважды переправлялась через реку Налычева. «Нас угощали рыбой, выловленной в реке. Ничего необычного не было, люди, живущие в доме у устья реки, ни на что не жаловались, были здоровы и веселы, собаки тоже», — вспоминает она.

«Если бы были утечки с полигонов, это непременно было бы замечено или как-то повлияло на растительность, в которой тоже не было ничего необычного», — убеждена экоактивистка. В сезон сбора грибов и ягод никто не жаловался на что-то необычное и никто не отравился. К тому же в реку Налычева идет на нерест большое количество рыбы, напоминает Чернягина, поэтому специалисты Камчатского филиала Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО) проводят там регулярные наблюдения. Но и они не выявили ничего необычного.

Версию с полигоном опровергает и факт, что изменился цвет воды и состояние обитателей морского дна к северу от реки Налычева, считает директор Кроноцкого заповедника Петр Шпиленок, который отмечает, что необходимо проверить все версии.

Если бы выброс был с Козельского полигона, то, учитывая движение течения на юг, встает вопрос, как вещество бы туда (в бухту Калыгирь) попало, объясняет биолог. «Если судить по точкам, откуда поступают сообщения очевидцев, это территория от бухты Калыгирь до мыса Лопатка протяженностью более 350 км», — продолжает Шпиленок. Впоследствии оказалось, что пострадавшая территория гораздо шире Авачинского залива — 13 октября ученые зафиксировали аналогичную проблему на Охотском побережье.

К тому же, отмечает он, поражение животных — выборочное. 9 октября сотрудники заповедника устроили экспедицию к острову Крашенинникова, который находится севернее реки Налычева: рыба у его берегов плавает, ракообразные бегают, а вот актинии, моллюски, морские черви и ежи если не погибли, то находятся в очень угнетенном состоянии — например, у последних отваливаются иглы.

«Задача экспедиции на север была в том, чтобы проверить версию с выбросом веществ из реки Налычева, то есть с полигона Козельского, и теперь, на мой взгляд, эта версия исключена, так как не объясняет зафиксированный значительно севернее угнетенный бентос (организмы, обитающие на дне и в его толще. — РБК)», — заключает Шпиленок. К тому же в голове не укладывается, какое должно быть сильнодействующее ядовитое вещество, чтобы на такой площади нарушило экосистему.

С конца сентября в Авачинском заливе, Авачинской бухте и на полуострове в районе полигонов стали брать пробы воды и почвы. В частности, Центр лабораторного анализа и технических измерений по Дальневосточному федеральному округу взял пробы 1 октября, активисты Greenpeace также взяли серию проб (воды, взвеси, пены, донных отложений, донных организмов из разных бухт, в основном Авачинского залива, в том числе на набережной в центре Петропавловска), которые направили в несколько независимых лабораторий Москвы и Петербурга. Первые результаты анализов выявили превышения ПДК нескольких веществ. В частности, обнаружили превышения фосфат-ионов в 10,8 раза, общего железа (в 6,7 раза) и общего фенола (в 2,9 раза). Эти данные сначала интерпретировали в пользу версии с техногенной природой загрязнения. Прибывшая на Камчатку глава Росприроднадзора Светлана Радионова заявила, что сколько-либо значимых превышений вредных веществ не обнаружили. (К моменту публикации во взятых впоследствии пробах других лабораторий не было выявлено более существенных нарушений ПДК этих веществ.)

Фосфат-ионы являются индикатором антропогенного загрязнения, которому способствует широкое применение фосфорных удобрений и полифосфатов, таких как моющие средства, отмечает Чернягина: соединения фосфора поступают в водоем при биологической очистке сточных вод. Выявленные превышения ПДК фенола и нефтепродуктов действительно некритичные, они лишь говорят о том, что есть какие-то выбросы, считает Шпиленок: «Версию с полигоном это не подтверждает. Это свидетельствует только о том, что есть вопросы к экологической ситуации в целом».

Выявленные превышения власти объясняют загрязненной бухтой и сбросом нефтепродуктов с кораблей. «У нас есть загрязнение акватории Авачинской бухты, потому что здесь действительно старая система очистки сточных вод. И здесь действительно корабли периодически сливают воду», — пояснил РБК губернатор Камчатки Владимир Солодов. След от корабля на космическом снимке ИКИ РАН от 23 сентября объясняет временное незначительное превышение значений по нефтепродуктам и фенолу, считает он.

Не нашла существенного превышения ПДК фенолов, нефтепродуктов и стиролов и лаборатория при Институте вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, взявшая и исследовавшая пробы воды из рек Мутновка, Мутная и Налычева.

«Мне сначала версия с полигоном казалась понятной, потому что он находится на севере Авачинского залива, а течение южное — это было бы логично. Но мы ничего не нашли. Заведующая лаборатории сказала, что по ГОСТу жидкость из этих рек относится к питьевой воде. Поэтому во всяком случае Козельский полигон отметается», — констатирует Алексей Озеров.

Козельский полигон (Фото: leks_85_kamchatka / Instagram)

В начале октября рабочая группа от КамчатГТУ побывала в бухтах Малая и Большая Лагерная — в очередной раз брали пробы водорослей для работы, которая ведется уже много лет, рассказывает профессор кафедры экологии и природопользования Камчатского государственного технического университета, доктор биологических наук Татьяна Клочкова. Ученые проводят мониторинг одних и тех же районов побережья, берут пробы водорослей для изучения, в том числе определяют наличие и концентрацию в них тяжелых металлов и других загрязнителей. Собранные водоросли находятся в лаборатории Клочковой. «Мы не обнаружили у них аномалий. Если бы в воде были ядохимикаты, водоросли тоже пострадали бы. В этом случае мы бы собирали плохо пахнущую полуразложившуюся массу. Но в выбросах были нормальные красивые растения», — говорит она.

Даже если причина не в полигоне, ситуация, при которой у берега океана находится бесхозный полигон с неисследованными ядохимикатами, ненормальна, считает основатель серф-школы Антон Морозов. «Я понимаю, что мы должны защищать наши границы и т.д. Но нельзя таким вещам находиться возле водоемов. Природа так устроена, что все это спускается с гор и попадает в океан. Не нужно обладать специальным образованием, чтобы понимать, что если могильник находится около вулкана, то рано или поздно это все попадет в грунтовые воды», — возмущается он. Губернатор уже пообещал рекультивировать полигон.

Версия о «красных приливах»

Аргументов в пользу версии о техногенном загрязнении становилось все меньше, и научное сообщество стало всерьез обсуждать вероятность того, что причиной ЧП стали токсичные водоросли.

Изначально версия о «красных приливах» выглядела как самая фантастическая и была похожа на попытки власти снять с себя ответственность за возможные техногенные аварии. Прямых доказательств этой версии до сих пор нет.

Бизнес Закрытые границы не оправдали планы властей Камчатки по туристам

Первым эту версию предложил вице-президент РАН Андрей Адрианов.

Что такое «красные приливы»

«Красные приливы» описаны в книге ведущего сотрудника Камчатского института экологии и природопользования ДВО РАН планктонолога Галины Коноваловой в 1995 году. В ней приводится информация об этом явлении в Японии и о летальных исходах вследствие контакта людей с водой у северо-восточных берегов Камчатки в период обширного красного цветения воды в 1945 году, а также в Петропавловске-Камчатском в 1973 году. Прямое воздействие на человека и животных осуществляют токсины, продуцируемые несколькими видами микроскопических планктонных водорослей, отмечает автор. Она указывает, что это явление сопровождается массовой гибелью гидробионтов в связи с засорением жабр, отсутствием или недостатком кислорода, а также гибелью бентоса и заражением людей через съеденную рыбу.

Статья на англоязычном портале Surfline от 2018 года рассказывает об этом явлении и возможных последствиях контакта людей с водой, в частности таких, как диарея и резь в глазах. «Большие участки цветущего фитопланктона в конечном итоге погибают и опускаются на дно, где они разлагаются бактериями; процесс, который может снизить количество растворенного кислорода в морской среде, что приводит к гибели рыбы и временным мертвым зонам», — сказано в статье.

Профессор кафедры экологии и природопользования Камчатского государственного технического университета, доктор биологических наук Татьяна Клочкова в разговоре с РБК осторожно подбирала выражения. Коллеги из других российских научно-образовательных организаций выдвинули версию, что могло иметь место отравление животных и моллюсков микроводорослями, отметила она.

Речь идет об одноклеточных микроводорослях, так называемом токсичном фитопланктоне. Он бывает разный: одни виды вырабатывают токсины, другие нет. При цветении токсичного планктона в морскую воду поступают их токсины, из-за них может случиться гибель морских обитателей — моллюсков, ежей, других животных, поясняет Клочкова.

Но, чтобы доказать эту версию, необходимо найти клетки токсичного планктона, определить их визуально и с помощью ДНК-анализа до вида, затем определить наличие токсинов в сохранившихся тканях и органах пораженных животных и моллюсков, разъясняет Клочкова. Это крайне трудоемкий процесс, который занимает длительное время. Без обнаружения токсинов в их органах и тканях все разговоры о микроводорослях — спекуляции, настаивает ученый. Впрочем, в этом году было аномально теплое для Камчатки лето с большим количеством солнечных дней, что могло спровоцировать вспышку цветения планктона, предполагает Клочкова.

Но еще один задействованный в исследовании залива ученый рассказал РБК, что за два дня выходов в море не заметил ни следа данного вида микроводорослей, как и возможных последствий продуктов их жизнедеятельности.

Версия о токсичных водорослях стала приоритетной по принципу метода исключения, после того как остальные не подтвердились, признает собеседник РБК, близкий к администрации президента. Следов токсичных водорослей пока не нашли, подтверждает он. «В сухом остатке мы не имеем следов катастрофы с точки зрения проб», — утверждает он.

Версия о военных объектах

Среди прочих выдвигалась и версия о последствии военных учений или об утечке ядовитых веществ с одного из военных объектов приграничного региона. Исторически по побережьям Камчатки было размещено большое количество военных объектов (пограничные заставы и роты противовоздушной обороны), часть из которых сейчас ликвидирована, а часть осталась. На территории Авачинской бухты неподалеку от Петропавловска существует закрытый город Вилючинск, база атомных подлодок, а также большое количество военных объектов, напоминает Чернягина. В их числе полигон Радыгино, на котором тренируются сухопутные войска, и полигон Кура в районе поселка Ключи. Токсичное ракетное топливо было в частях, которые базировались под Петропавловском в Радыгино, но о том, что с ним стало, известно мало, констатирует Чернягина. Кроме того, в Авачинской губе много затопленных кораблей — и этой проблеме тоже не один год.

В многочисленных пробах свидетельств в пользу версии об утечке ракетного топлива не обнаружено, а с таким масштабом поражения в нее не верится, рассуждает Шпиленок. В Минобороны официально опровергли причастность флота к загрязнению Камчатки: информация о возможной причастности Тихоокеанского флота к загрязнению океанической воды в районе Халактырского пляжа не соответствует действительности, заявил штаб флота.

Версия о вулканах

Версии, связанные с деятельностью вулканов и с сейсмической активностью, институт вулканологии отмел, сообщил Озеров. Вулканы Ключевской, Безымянный и Шивелуч извергаются далеко и слабо, то есть шлейф пепла от них не протягивается далеко, объясняет он. «Все, что от них попадает в воду, находится в радиусе Усть-Камчатска, это очень далеко. По поводу версии с сейсмической активностью — у нас повышенной сейсмики нет, а при сильных землетрясениях у нас таких вещей не наблюдалось», — продолжает ученый.

«Исходя из всей полученной сегодня информации, я все больше склоняюсь к мнению, что это какое-то природное явление», — предположил Шпиленок. Как и многие другие ученые, он пребывает в недоумении и настаивает, что следует проверить все версии. «Скрыть что-либо уже нереально, задействовано большое количество лабораторий, подключены WWF, Greenpeace, люди проводят независимые расследования», — перечисляет директор заповедника.

Greenpeace все равно называет происходящее у Камчатки экологической катастрофой, так как массовая гибель донных организмов ведет к нарушению пищевой цепочки и экосистемы, а все последствия оценить сложно, заявил руководитель климатического проекта Greenpeace в России Василий Яблоков.

Война за экологию

Полученных результатов недостаточно, чтобы создать полную картину произошедшего, настаивают активисты. Пока не хватает информации о тяжелых металлах и лабораторных анализов тканей и органов погибших животных, также собранные материалы не проверили на пестициды, подчеркивают в организации.

Местные экологи возлагают ответственность за происшествие в Тихом океане на человека и его деятельность, хоть и не относят его к разовой утечке. «В катастрофу поверить легче. Никто не хочет понять, что мы все причастны к загрязнению», — возмущается Чернягина. Того же мнения придерживается и директор Кроноцкого заповедника.

Общество Глава Камчатки пригласил зарубежных ученых исследовать воду в океане

Если бы государство тратило на научные исследования, формирование экологический культуры и охрану природы десятую долю того, что уходит на силовые и надзорные структуры, такой ситуации, возможно, удалось бы избежать, думает он. «Мы все время готовимся к какой-то войне, а на самом деле война сейчас другая, в научной среде, мы это видим даже на примере борьбы с коронавирусом и разработок вакцины, — объясняет Шпиленок. — Во всем мире начинается война за экологию».

Источник: iguides.ru

Оставить комментарий

Выш Mail не будет опубликован


*